«Травиата» нового времени

Из народного юмора:
«Любовь придумали русские, чтобы не платить деньги».

 

Это не кино в том смысле, в каком мы себе обычно представляем. Это настоящий мюзикл, полный песен и танцев. И как во всяком мюзикле воспеваются чувства искренние и достойные того, чтобы о них петь, так и в этом фильме присутствуют все основные атрибуты этого жанра. Пусть это не самый высокий жанр в мире искусства. Кино получилось очень необычное.

«Мулен Руж» — французское кабаре, притон с девицами, некое подобие борделя, где проститутки танцуют канкан, задирая свои юбки. Туда приходят, чтобы развлечься. Пьют невозможную бодягу под загадочным названием «absinte», после которой начинаются самые невозможные галлюцинации, что, впрочем, и понятно, ведь это интересная разновидность наркотика на очень крепком алкоголе. Мужчины приходят туда повеселиться и воплотить свои самые дерзкие мечты (характерные для конца XIX века). И все это происходит с богемой — той самой, которая обживала скромные крыши Монмартра, холма мучеников. Там и случается эта история про любовь.

Истина. Красота. Свобода. Любовь…

Красивые слова, наполненные революционным духом свободы, той самой свободы, которая воплощалась в смелых идеях, в новых мыслях, в истинной силе духа, подкрепленная рюмочкой абсента. И все это прекрасно до поры до времени, пока не возникает новое слово:

Деньги.

Об этом, естественно, нет ничего в рекламном слогане фильма, но этого слова и не может быть. Потому что деньги отменяют все вышеперечисленное. Это начало того мира, в который мы вошли и который шел этим путем уже многие тысячелетия до нас. Деньги решают всё, ведь не даром циники иронично заявляют, что счастье не в деньгах, а в их количестве. Но у нас есть сказка. Ведь мы во что-то верим. Верим в добрые сердца, свободные души, в настоящую любовь. В последнее время все эти понятия порядком обесценились, и не без помощи кинематографа. Да, мюзикл уже давно умер (еще раньше рок-н-ролла), но это не отменяет эти четыре возвышенных понятия. Все-таки мы люди. Все-таки мы можем чувствовать. Именно это мне и показалось главным мотивом этого яркого, красочного, задорного мюзикла, преподанного под необыкновенным музыкальным соусом. О саундтреке этого фильма сказано уже достаточно много (лично мне очень понравилась статья в «Кино-парке» №8(51) за 2001, которая очень подробно все объясняет), но могу сказать одно: такого я еще не слышала. С одной стороны, фильм даже похож на игру «Угадай мелодию», но песни представлены в столь странной аранжировке, что узнаешь не мотив, а слова. Что касается знаменитого «The Show Must Go On», то Фредди Меркьюри в гробу бы перевернулся, услышав это. Но я не говорю, что это плохо — это потрясающе. Привычные песни словно ожили, в них влили душу — чистую, нежную, искреннюю. Даже знаменитая «Roxanne» Стинга приобрела совершенно необычное звучание — ее преподали в ритме аргентинского танго, того самого, что танцевался в борделях Буэнос-Айреса, когда клиенты ожидали свиданий с проститутками — это то самое танго, страстное, бурное, заводное, являющееся одной из разновидностей экстремального секса. А вот здесь один очень интересный момент: история про любовь к куртизанке, но в фильме нет ни одной сексуальной сцены. Да, много женщин в нижнем белье. Но всё в рамках приличия (а ведь в кинозале при просмотре присутствовало очень много детей), так что мамы могут спать спокойно. Фильм совершенно не развращает. Это история про дом сладострастья, но сама история так искренна, что не может быть опошлена низкими, грубыми, животными сценами. К счастью, Баз Лурманн не перешагнул эту черту.

Кино кажется слишком романтичным, слишком наивным, наполненным сплошными клише, но это все-таки история о любви. О любви куртизанки Сатин (Николь Кидман) и бедного писателя Кристиана (Юэн Макгрегор). Естественно, между ними встает вопрос материального существования, ведь с милым рай в шалаше только до первого обеда. К тому же, Сатин слишком обаятельна. Ее мертвенная бледность очень привлекает к себе внимание богатых мужчин, таких как Герцог (Ричард Роксбург). Ах, как не хватало мне видеть в этой роли Гарри Олдмана (его неврастеник в «Леоне» просто идеально подошел бы на эту роль, но этот тип оказался на самом деле не хуже). Этот псих пытался поверить, что в жизни всё можно купить, даже любовь. Но на самом деле обломался не только он. В роли собаки не сене здесь выступает чахотка, или туберкулез в легочной форме, которой больна Сатин. Она и умирает в итоге. Конечно, сюжет не нов — вспомните «Травиату», вспомните «Маленькую хозяйку большого дома» и т.д., но на самом деле другого конца и быть не могло. Останься она с Кристианом — всё это выглядело бы как сладкая патока, уже давно навязшая в зубах за последнее столетие кинематографа. Уйди она с Герцогом — ну, это просто невозможно, ведь «All you need is love», пел Макгрегор, и был прав. Человечеству нужны трагедии. Человечество получает их и благодарно рыдает в кинотеатрах, выходя с полным чувством удовлетворения, что они посмотрели интересное кино. В конце концов, в чем-то они правы.

Эта яркая история в черно-сине-красно-золотых тонах конечно нереальна. Поэтому не стоит замечать, что Сатин умирает от чахотки потому, что в ее сказочном логове в виде индийского слона в окнах нет стекол, что декорации Парижа слишком похожи именно на декорации, что мансарды так похожи на мансарды из «Ворона», ведь в этом фильме танцуют по облакам, позволяют себе любить не смотря ни на что, здесь себе позволяют петь, чтобы через музыку выразить всю свою сущность. Абсент — это всего лишь предлог выставить всё в нереальном свете. В наше время для этого достаточного хорошего компьютерного оснащения, и это тот редкий случай, когда компьютерные навороты оператора Доналда М. Макэлпайна пошли фильму только на пользу. Посмотрите этот мюзикл — не пожалеете. Когда еще увидишь, чтобы актеры сами пели, да еще так талантливо, да еще под такую замечательную музыку? Мулен Руж — это феерический мир, где в виде масок оживают реальные лица.

 

6 сентября 2001, в редакции 2018

Впервые опубликовано на kinokritik.narod.ru

IMDb

 

 

Главная страницаЕщё про кино

 

МэтрыСветописьМыслеблудиеАрхив X-files ЛитерографияДемиург

 

2018 © Таэма Дрейден, НеРеалии