Ни в одном из самых бредовых романов,

Ни в одной из самых придурочных песен

Не могла бы представить — даже подумать,

Что мир вдруг окажется узок и тесен;

 

Что жизнь — это, в общем, известная штука,

Никому не секрет, а особым — наука:

Поглощение пищи, сладостный сон —

Вот, пожалуй, практически весь моцион.

 

А всё остальное — бредовые песни,

От которых башка так болит на рассвете.

 

 

 

 

Во мраке ночи как в бредовой пляске...

 

 

 

 

Как много гор, как много леса,

Река — течёт себе на юг,

Мир мне всегда был интересен,

Но всё далёким стало вдруг.

  

Вдруг сразу всё переменилось,

И краски потускнели вмиг.

Вы скажете, что я влюбилась?

Что мысли слов пришли в тупик?

  

Я ничего вам не отвечу,

Лишь к небу подниму глаза.

Но избегаю жуткой встречи,

Приняв лишь слово «навсегда».

  

В моих словах не много боли,

Но мне с тоской не совладать.

Когда весна забеспокоит,

Рассудок может отдыхать.

 

 

 

 

Нет, я не стану твоей тенью,

И мимо пройду, опустивши глаза.

Это просто вихрь осенний,

Это просто такие слова.

 

Я не стану птицею в небе,

Что следит всегда за тобой,

Мне свобода счастья милее,

Да и ты для меня не родной.

 

Всё неправильно — это я знаю,

По-дурацки случилось, и всё.

Пусть следят глаза за облаками,

И тогда смоет слёзы дождём.

 

 

 

 

Оседлало облако гору,

Зацепившись хвостиком за вышку,

Я на это облако смотрю,

Понимая бытия все смыслы.

 

Глядя в эту облачную даль,

Осмысляю Грузии преданья.

Прошлого мне никогда не жаль,

Хорошо, что есть и расставанья.

 

Встречи новые случаются всегда,

Даже если будешь очень против.

Белокурых облаков глаза

Задают мне тысячи вопросов.

 

Я не знаю, как ответить им,

Поглощённая в молчанье, созерцаю,

Облака... ведь это райский дым,

Разве вы все этого не знали?

 

Нет, наверное, фантазия моя

Снова выкинула пьяные кульбиты,

Что же облако? Теперь-то ты куда?

Но на небе все следы размыты.

 

 

 

 

Налейте вина, коньяку и боржоми!

Пусть будет такой вот задорный коктейль!

Почувствуйте этот воздух свободы,

Узрите вселенскую колыбель!

 

Смотрите, как близко волшебное небо,

Как ветры, ласкаясь, несут облака.

Здесь нет ничего, чего б вы хотели,

Однако, легко здесь и ясно всегда.

 

Здесь горы как сосны, а сосны из камня,

Здесь люди как птицы, а птицы как сон.

Здесь трудная жизнь, и я то не скрываю,

Проблем тут не тысяча — миллион.

 

А где же легко, вы тогда мне скажите?

Вся жизнь человека — сплошная борьба.

Налейте вина или что-нибудь выпить,

Вкусите чарующий вкус коньяка.

 

Пусть пьяное тело и пьяные мысли,

Пусть воздух свободы как будто вино,

А если гулять, то пусть дым коромыслом,

А плакать не надо, ведь это смешно.

 

 

 

 

Как много мыслей — как мало дел,

Всё в общем неплохо, но жизнь не проста.

И если уныние — мой удел,

Значит, это так будет — пока.

 

Значит, пока я ещё не созрела,

Чтоб быть для чего-то ещё колыбелью,

 

Чтоб знать, что разлук не бывает навек,

Ведь в каждом из нас живёт Человек.

 

 

 

 

Ночь. Обычное время для птицы,

Что не спит, а всё тихо бродит во тьме.

Это вам не орлы, не синицы,

Это совы, смешавшие пепел в золе.

 

Мчится бесшумная птица сквозь ночи,

Только успей руки прочь подставлять.

Нет, ничего в этой жизни короче,

Чем жизнь, когда нечего больше терять.

 

 

 

 

Видно, демон спит у тебя на ладонях,

Это он поселился на дне твоих глаз.

Очарование это нескромно,

Но в сердце моём только страх.

 

Этот демон тайком украл мою душу,

Хоть тебе я б её сама отдала.

Демон душу мою всю до капли иссушит...

На тебя посмотрела... Но в твои ли глаза?

 

Видно, демон спит у тебя на ладонях,

Ты, наверное, сам его приручил.

Я не знаю, зачем, но раз так получилось,

Сделай так, чтоб твой демон меня позабыл.

 

 

 

 

В молчании небес я слышу голос,

И в небесах — не очень-то темно.

И всё, чего хочу, на час — немного,

Так это чтоб не думать о тебе.

 

В молчании небес не будет злата,

Сковало небо пьяным серебром.

Гора укрылась облаком-халатом,

Я не одна здесь, с ветром мы вдвоём.

 

Пусть холодно, и что-то давит плечи,

Здесь звёзды ближе как-то и родней.

Мне никогда не позабыть тот вечер,

Когда звезду узрела средь свечей.

 

Всё будет, не стоит и стараться

Судьбу свою хоть как-то изменить.

Один лишь раз над смертью посмеяться

Достаточно, чтоб дальше вечно жить.

 

Безносая... Унылая подруга,

Нет, не для тебя был создан этот мир.

А я смотрю в ночное небо юга,

И сердце плачется и стонет от любви.

 

Смотрю в небес немое громогласье,

И думаю... но нет, не о тебе.

Вот так в горах однажды, в одночасье

Вселенная переродилась вдруг во мне.

 

 

 

 

Пространство и время... отсутствуют здесь.

Здесь жизнь не течёт, а туманном клубится.

Зачем нам Монблан, Памир, Эверест?

Не там мне хотелось б родиться.

 

 

 

 

Жестоки законы гор, но справедливы.

И знайте, женщины, что здесь живут Мужчины!

Средь тысяч сотен рыцарей на свете

Здесь девяносто девять их процентов.

Здесь мир красивых и высоких скал,

Несчастен тот, кто здесь не побывал.

Мир невозможно, в общем, изменить,

Но про земное здесь легко забыть.

Достаточно лишь взгляда в облака,

Чтоб мысль птицею тебя далёко унесла.

В мечтах, в любви, в забытие и в песне

Здесь вы поймёте, что нет лучше места.

Здесь истинная мира красота

Достаточно взглянуть на облака...

 

 

 

Посвящается батонэ М.

 

На острие скалы высокой,

И в мутных водах быстрых рек,

В прекрасной Грузии далёкой

Мне повстречался... Человек.

 

Он парень, в общем, даже скромный,

Улыбка и огонь в глазах,

Но дух в нём — видела — огромный,

Таких ваяют в небесах.

 

С такими — радостные встречи,

А расстаёшься — в сердце грусть.

Положит руку он на плечи —

Забудешь всё. А ну и пусть!

 

Была случайной наша встреча —

Судьба... Иль рюмка коньяка.

Как выстрел пламенной картечью:

Увидела его глаза.

 

Он не буянит, если выпьет,

И очень тихо говорит,

Не избегает в жизни битв,

Глубокомысленно молчит...

 

Мы все зачем-то в мир приходим,

Почти что все — по одному,

Кого-то в жизни не находим,

Поднявшись в высь, идём ко дну.

 

И он такой, как все мы с вами,

Но в нём душа ещё поёт.

Я знаю, этот генацвали

Сквозь Тьму Свет Истины несёт.

 

 

 

Старый Тбилиси

 

На кроссовках тбилисская пыль,

А в глазах — отражение гор,

Как густое вино течёт жизнь —

Здесь, всё ещё — до сих пор.

 

Стоит вспомнить, что было — давно,

Хоть давно — это даже вчера.

Пусть в крови ещё бродит вино,

Жизнь прекрасна, когда есть друзья.

 

И тому лишь молчат небеса,

Кто по жизни глухой и немой.

Кто не в силах узреть, что мечта:

Это быть. И быть просто собой.

 

 

 

 

Мы все молчим, когда нам больно,

И даже если есть, что есть сказать.

Природа Человека слишком скромна,

Об этом разве может кто не знать?

 

Но посмотрите, как прекрасна жизнь!

Узрите, вслушайтесь, понюхайте хотя бы!

Ах, если б только ангелы смогли б

Беседовать всё время мило с нами.

 

Не стоит путать Бездну с Пустотой,

В горах же все дороги — только в небо.

Умение открыть в себе исток святой:

Вот всё, чего я для других хотела б.

 

 

 

 

Улыбались холмы, раскинув объятья,

Облака поскакали по холмам на юг,

Грузины и русские — всё-таки братья,

Я это вам всем говорю.

 

Не надо, политика — дело дурное,

Все мы не случайно пришли в этот мир.

Вселенная помнит дело благое,

Давайте же только такие творить.

 

Как радостно мне, и на сердце свободно,

Энергия солнца — в каждом листке.

Сосновым ковром раскинулись горы,

И дымка седая на них вдалеке.

 

Как просто, как ясно и как интересно:

Становится жить с каждым днём всё чудесней.

 

 

 

 

Спасибо тебе, что меня отпустил,

Спасибо, что выслушал — это бесценно.

Бежала на месте — упала без сил,

Мгновенно.

 

Взглянув в облака, поняла суть вещей,

Хоть истину в них не ищи.

Вся истина — знаю, конечно, в вине,

Молчи.

 

Прислушайся – где же ещё

Услышишь горные песни богов

Где-то там, высоко, в голубой вышине,

Без слов.

 

И ты улыбнулся, и я расцвела,

И в этот момент облака расступились.

И в осени вдруг наступила весна —

Забылись.

 

У любви нет преград, и она бескорыстна,

И не надо искать чувств таких же в ответ.

Ведь искренность слов не может быть хитрой,

Нет-нет.

 

 

 

В самолёте

 

Величие мысли — как небо под ногами,

Всё что-то не так, но ведь всё хорошо.

Жизнь как иллюзия — полная снами,

Хочется пить Жизнь ещё и ещё.

 

Нет, никогда не пойму омут истин,

Всё как-то неправильно: слишком легко,

В мире без слёз, без тоски и корысти

Хочется пить Жизнь словно вино.

 

Небо под нами, небо повсюду,

Белая даль облаков как туман.

Самое, видимо, чудное чудо,

Это поверить в явный обман.

 

В выси небес всё кажется просто,

Снизу — Земля, но Вселенная — всё.

Вспомню о Грузии только хорошее,

А больше и вспомнить-то мне нечего.

 

 

 

2005

 

Главная страница Вся литерография

 

Светопись МэтрыМыслеблудиеАрхив X-files ПрокиноДемиург

 

© Таэма Дрейден, НеРеалии, 2000-2016